scholar_vit (scholar_vit) wrote,
scholar_vit
scholar_vit

Category:

О политических партиях США. Часть 1. Идеология

Для человека, привычного к европейской политической системе, ситуация с партиями в США кажется загадочной и парадоксальной. В Европе, если мы знаем, к какой партии принадлежит политик, мы сможем довольно много сказать о его взглядах, пристрастиях и о том, что он будет делать, попав на выборную должность. Партий много, и у каждой есть чёткая понятная идеология. В США есть две крупные партии, демократы и республиканцы, но чем они отличаются? Часто говорят, что демократы, например, стоят за ограничение ношения оружия и за бОльшую свободу абортов, а республиканцы - наоборот. Но вот свежеизбранный сенатор-демократ от Вирджинии Джим Вебб против и того, и другого, а проигравший выборы сенатор-республиканец от Род Айленда Линкольн Чаффи - наоборот, за. Как это понимать, и почему противники оружия и сторонники свободы абортов радуются победе Вебба и поражению Чаффи? Дальше, исторически демократы - наследники южан, а республиканцы - северян в Гражданской войне. Можно ожидать, что демократы будут за бОльшие права штатов и не будут пользоваться доверием чёрной общины, а республиканцы - наоборот. Тем не менее в последние десятилетия именно демократы обычно обвинялись в том, что они чрезмерно расширяют полномочия центральной власти, а американские негры голосуют в подавляющем большинстве именно за демократов. Последнее происходит несмотря на то, что республиканцы очень стараются наладить отношения с чёрной общиной; Кондолиза Райс и Колин Пауэлл, в конце концов, продвинулись именно среди республиканцев. Почему у партии Авраама Линкольна могли вообще возникнуть проблемы с доверием чёрных?

Дальше, если наш воображаемый европеец посмотрит предвыборную рекламу американских политиков, то удивится ещё больше. Кандидаты здесь часто любят подчеркивать свои разногласия с партийным руководством и собственную независимость. А их противники, наоборот, обвиняют кандидатов в чрезмерной партийности. Я не знаток европейских агитационных текстов, но мне всё же кажется, что было бы странно, если бы французский социалист в предвыборном тексте говорил что-то вроде: "Я не разделяю многих положений идеологии соцпартии", с явным подтекстом: "И вообще в гробу я видел этих социалистов!" А для США это вполне привычное явление.

Между тем, все эти странности и парадоксы легко объясняются, если понять, что именно объединяет американских политиков в партии.

Давайте сначала ещё раз посмотрим на европейскую политику. Итак, в Европе есть партии с четко определённой идеологией и программой. Эти партии завоёвывают места в парламенте. Но часто ни одна из партий не получает большинства. Поэтому приходится идти на компромиссы и заключать союзы. Эта тенденция доведена до логического завершения в Израиле (ну, такая уж планида у евреев, и не только в парламентской борьбе), где основное содержание политики, как кажется, заключается в непрерывно создаваемых и распадающихся коалициях в кнессете. В США тоже заключаются и распадаются коалиции - но не на уровне партий, а на уровне отдельных политиков. Кто-то сказал, что в США не две основные партии, а сто: в каждом штате своя республиканская и демократическая партии, чьи платформы отличаются от национальных. Это утверждение содержит зерно истины, но неточно. На самом деле партий куда больше: грубо говоря, сколько у нас политиков, столько и партий. Такая ситуация, несомненно, обрадовала бы философа-диалектика (и гегельянского, и марксистского извода): отказ от малых партий в пользу двух суперобразований естественно породил независимость отдельных политиков, т.е. возникновение по сути микропартий.

Тем не менее, неверно было бы сказать, что американские партии ничего не объединяет. Дело вот в чём. В любой момент существует некоторый набор Важных Вопросов. Эти вопросы определяют общее направление развития страны. И люди, объединившиеся под знаменами демократов и республиканцев, обычно выбирают разные ответы на них. Поэтому им имеет смысл поддерживать друг друга: голосуя вместе за распределение руководящих постов в конгрессе, помогая деньгами во время избирательной кампании, заключая коалиции в первую очередь друг с другом (а уж потом - с соседями по другую сторону прохода в зале заседаний). Но фишка в том, что этот набор разных вопросов всё время меняется (ну кого сейчас волнует Важный Вопрос конца 19 столетия, спор о биметаллизме?). Поэтому в любой момент в партии состоят разнообразные люди. Это и те, кто согласен с большинством партии в текущем Важном Вопросе, и те, кто был согласен со (вчерашним) большинством в ответе на (вчерашний) важный вопрос, и те, кто надеются составить большинство в завтрашнем Важном Вопросе, и те, кому нравится политик X из этой партии, и те, кому не нравится политик Y из её оппонентов, и даже те, чьи дедушки, бабушки, папы и мамы состояли в этой партии (когда она была совсем другой, но это уже неважно). Американская партия - это живой организм со своей историей, и понять её поведение в отрыве от истории сложно. Точно так же, как сложно понять анатомию и физиологию вида, отталкиваясь только от него сегодняшнего - но знание эволюции, того, откуда взялся вот этот орган, помогает разобраться во многих сложностях и парадоксах.

Может, вот этот пример поможет прояснить ситуацию. Как известно, в Лилипутии было две главных партии: тупоконечники, которые разбивали яйца с тупого конца, и остроконечники, которые разбивали их с острого. Императорская власть поддерживала остроконечников. Поэтому когда парламент усилился и стал бороться с императором, тупоконечники, естественно, стали на сторону парламента. Впоследствии сторонники императора пополняли ряды остроконечников, а сторонники парламента - тупоконечников. Вопрос о разбивании яиц надолго перестал кого бы то ни было волновать. Однако через много лет возродился интерес к учению пророка Лустрога и к правильному разбиванию яиц. Тогда и выяснилось, что в партии остроконечников большинство разбивает яйца с тупого конца а в партии тупоконечников - с острого. Это привело к внутрипартийной борьбе, разрешившейся через двадцать лет выходом из партии остроконечников группы "Истинных остроконечников", которые разбивали яйца с острого конца, и присоединением этой группы к партии тупоконечников. Те члены партии тупоконечников, которые всё ещё разбивали яйца по-старому, с тупого конца, почувствовали себя в родной партии неуютно. Ещё через десять лет многие из них присоединились к партии остроконечников, перешедшей на позиции безусловного и бескомпромиссного разбивания яиц с тупого конца.

Эта история описывает (в очень грубом приближении, конечно) разнообразные эпизоды из американской истории вроде ухода диксикратов-сегрегационистов из демпартии, когда демократы решили поддержать движение за гражданские права и равноправие. Или ссоры прогрессистов Тедди Рузвельта с тогдашними республиканцами. Важно понять, что изменения тут похожи на геологические: всё идёт очень медленно, растут напряжения, время от времени слышен подземный гул. И вдруг - землетрясение, треск, камни летают. Вместо горы - озеро, вместо озера - гора. Но даже землетрясение не всё укладывает на место, и окончательное размежевание происходит далеко не сразу. Возвращаясь к дискикратам - даже после перехода к республиканцам части сегрегационистов во главе со Стромом Турмондом, в демпартии оставалось довольно много "старых южных демократов". Эти политики по политическим, экономическим, даже по культурным симпатиям были ближе к становящимся всё более консервативными республиканцам. Образовался странный союз консервативного Юга и либеральных побережий, в котором обе стороны нуждались друг в друге для удержания большинства, но всё меньше друг друга понимали и друг другу доверяли. Пожалуй, окончательно эти группы разошлись только сейчас, через полвека после землетрясения, расколовшего Демпартию в 1950-х годах.

Сейчас одним из главных вопросов, разделяющим партии, является вопрос экономики: что полезнее для страны, поддержка крупных корпораций ("Что хорошо для General Motoros, хорошо для Америки!") или поддержка "маленького человека" (является ли новый популизм ответом на вопросы Америки?). Но как всегда есть ещё масса других вопросов (права штатов, отношение к расовым преференциям, внешняя политика, аборты, продажа и ношение оружия, роль церкви в государстве, и многие, многие другие). Сторонники разных решений этих вопросов обычно (но далеко не всегда!) выбирают ту партию, большинство которой поддерживает приемлемый для них вариант. Постоянное осмысление себя, reinventing - это естественное состояние для американской партии. Собственно, великий политик в американском понимании - это тот, кто сумел осознать, какие вопросы на сегодня являются главными и потому пересоздал свою партию по новому образцу, предложил новый объединяющий партию компромисс.

Но поскольку список главных вопросов разнообразен, да ещё и имеет тенденцию меняться, мне непонятны люди, безоговорочно поддерживающие ту или иную партию. Осёл и слон поворачивались на ринге много раз; лояльность именно к ним, а не к идеям, которые один из них в данный момент поддерживает, мне кажется странной. Впрочем, для многих американцев вопрос стоит иначе: "Мой прадед голосовал за демократов (республиканцев). Мой дед голосовал за них же. Мой отец тоже. Как я могу отдать свой голос республиканцам (демократам)?" Но почему такие привязанности появляются у недавних эмигрантов - психологическая загадка.

Вот вкратце американская партийная система. Эта система оказалась удивительно устойчивой: наличие в ряде штатов других партий (либералов, зелёных, либертарианцев и т.п.) обычно слабо влияет на результаты выборов (Вермонт тут интересное исключение). Даже такой сильный политик, как Теодор Рузвельт, не сумел создать значимой третьей партии. По-видимому, система действительно соответствует психологии и культуре американцев.

Эта заметка - первая в серии об американской политической системе. Я предназначал её для НЕамериканцев: в общем, всё, что тут говорилось, для здешних жителей хорошо известно и где-то даже тривиально. Мне хотелось бы понять, имеет ли смысл продолжать этот "ликбез о политике США"? Насколько то, что я рассказал, интересно? Если да, то я попробую рассказать подробнее о системе американских выборов, об изменениях, которые внёс в неё Карл Роув и об уроках последних выборов.

Следующая часть.

Tags: americana, politics
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 123 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →