November 8th, 2013

knot

Мне теперь одна дорога...

В августе прошлого года я писал о Чанаде Сегеди, лидере венгерской фашистской партии, который обнаружил, что он еврей. Мне всегда было интересно, что с ним стало после того, как его выгнали из партии.

В свежем выпуске Нью-Йоркера статья Энн Эпплбаум, которая отвечает на этот вопрос.

Кстати, статья объясняет, почему Сегеди не знал о своем происхождении, хотя его бабушка, прошедшая через Освенцим, еще жива. Эпплбаум пишет, что многие венгерские евреи были убеждены, что Холокост повторится, и старались скрыть свое еврейство. Бабушка Сегеди выдала дочь замуж за венгра, носила платья с длинными рукавами, чтобы скрыть лагерную татуировку. Только после того, как на свет выплыло свидетельство о рождении, бабушка призналась Чанаду, что она еврейка.

В любом случае, дальнейшая судьба Сегеди сложилась вполне по песне Галича. Он нашел синагогу и под руководством ребе стал ортодоксальным иудеем. Теперь он с трибуны Европарламента, куда его выбрали еще во времена членства в Йоббике, произносит произраильские речи.