scholar_vit (scholar_vit) wrote,
scholar_vit
scholar_vit

Categories:

О том, как нас выгнали из синагоги

Рассказывая о еврейском детсаде, я пообещал продолжить историю. Ладно, что-то мне не очень работается сегодня, так что поехали.

Надо сказать, что переезд в США был для нашего сына психологической травмой. Исчезло привычное окружение, бабушки и дедушка, друзья, многие игрушки. Вокруг всё новое, и даже говорят на улице непонятно. Это четырехлетнему малышу перенести сложно. У разных детей реакция бывает разной, а наш отреагировал так: он перестал отпускать маму куда бы то ни было. Даже в соседнюю комнату. Причём его плач при этом был не капризным плачем избалованного ребёнка, а реальным, настоящим страданием. Я не знаю, что бы мы делали, но умная воспитательница в детском саду сказала жене: "Ни в коем случае не насилуйте мальчика. Вы же всё равно не работаете - ну так приходите в садик вместе с ним. Будете играть с детьми, помогать мне. Потом, когда он успокоится, что вы никуда не исчезнете, можете выходить ненадолго - но оставайтесь в синагоге, чтобы он знал, что вы рядом. Не торопитесь: это пройдёт, но очень не скоро". Мы последовали её совету, и потихоньку приучили ребёнка к самостоятельности - теперь бы приучить этого семнадцатилетнего бугая приходить домой вовремя от своих девочек!

Так и получилось, что года два, пока сын не пошёл в школу, моя жена проводила много времени в синагоге. А так как сидеть там просто так было скучно, она взялась за приведение в порядок довольно большой, но сильно запущенной библиотеки. Надо сказать, что ещё в университете она несколько раз вместо поездки в колхоз работала в университетской библиотеке: писала каталоги, расставляла книги, поэтому опыт у неё нашей домашней библиотеке, но пока этого почему-то не происходит. Как ни странно, большинство книг в синагогальной библиотеке было на английском, и их она каталогизировала без труда. Заглавия книг на иврите ей переводила штатная сотрудница синагоги. А с книгами на арамейском помогал сам ребе.

Ребе был человеком по-настоящему умным и очень интересным собеседником. Я, пожалуй, не вспомню сейчас, о чём именно мы с ним разговаривали - осталось только общее впечатление хорошего общения. Ребе неизменно лично приглашал нас в синагогу на праздники, и отказать ему было невозможно. Мы постепенно стали склоняться к мысли вступить в общину - хотя и членский взнос в $600 в год был достаточно чувствителен для моей по сути постдоковской зарплаты. Надо сказать, что нашей семье перестали быть правоверными евреями вовсе не при Советской власти: ещё мой прадед, человек довольно богатый и свободомыслящий, был по сути атеистом. Но, как заметил co_lum_bus, синагога в США - это не только (а может, даже и не столько) место для молитв, сколько социальный клуб, место, где человек подтверждает свою самоидентификацию еврея. Так что мы, скорее всего, в конце концов вступили бы в общину, ходили бы на заседания какого-нибудь синагогального комитета и стали бы совсем другими людьми, чем сейчас. Но произошло несколько событий, которые изменили ситуацию.

Надо сказать, что синагога, по крайней мере, в США (как в других странах, не знаю) сильно отличается по организации от церквей. У большинства христиан есть духовная иерархия, и священника посылает в приход вышестоящее начальство. Ему священник и подотчётен. Прихожане обычно могут лишь просить, чтобы им сменили священника. А в синагоге иначе: владельцем синагоги является община, а ребе - наёмный работник этой общины. У него контракт, и когда контракт истекает, община может его продлить - а может и нет.

Есть такой замечательный детективист Гарри Кемельман. Для любителей жанра совет: обязательно почитайте. Хороший добротный автор, с книжкой которого приятно посидеть после долгого дня, когда мозгам хочется отдыха и легкого чтения. Его герой - что-то вроде нашего ответа патеру Брауну, ребе маленькой американской синагоги Давид Смолл. Как у Эрла Стенли Гарднера, у Кемельмана есть постоянные сюжетные ходы, повторяющиеся из романа в роман. У Гарднера, если вы помните, клиент Перри Мейсона, как правило, куда-то пропадает, Перри попадает в сложную ситуацию, ему угрожают лишением адвокатской лицензии - а потом неожиданный свидетель защиты в день суда приводит к триумфу Мейсона и его клиента. Постоянный сюжетный ход Кемельмана - ребе Давид ссорится с влиятельными людьми в общине как раз перед продлением контракта, перед ним реальная опасность потерять работу, но тут в городке происходит преступление, ребе его раскрывает, а в качестве побочного эффекта улаживается его конфликт с общиной. Кемельман знал, о чём писал: писательское ремесло было для него вторым, а по основной профессии он был как раз ребе. Признаться, сцены ссоры ребе с общиной выписаны у него как раз наиболее ярко: чувствуется, что вопрос для автора наболевший, и ребе Гарри есть что сказать читателям.

В нашем городке, однако, преступления, которое мог бы раскрыть ребе, не произошло, и после конфликта с общиной ребе просто уволили. В чём состоял конфликт, я не знаю. До меня доходили слухи, что ребе несколько раз объяснил богатой верхушке общины, что деньги не делают человека знатоком Талмуда, и авторитетом в вопросах иудаизма является он, а не его работодатели. Впрочем, это объяснение слишком похоже на сцену из романа Кемельмана, чтобы относиться к нему с полным доверием. С другой стороны, возможно, что именно такой конфликт как раз наиболее типичен в жизни и правдиво описан писателем.

Надо сказать, что община некоторое время искала нового ребе. Дело в том, что община почему-то хотела продемонстрировать свою прогрессивность и свободомыслие и пригласить на эту должность женщину. Но тут их ждало неожиданное препятствие: не одни они хотели быть прогрессивными, и девушки-выпускницы академии оказались разобраны на несколько лет вперёд. Пришлось утешиться тем, что кантор была женщиной, и притом демонстративной лесбиянкой.

Ну, вот настал Рош-Хашана, и мы с женой по старой памяти пошли в синагогу. И тут нам преградила путь тётка из верхушки общины и заметила, что все тут - члены общины. Они заплатили членские взносы. А мы - нет. И это неправильно. Нет у нас права молиться в ИХ синагоге.

Я сразу скажу, что по-своему эта тётка была права. Да, действительно, все заплатили. А мы, получается, на халяву пришли. И если в прошлые разы мы были гостями ребе, то теперь этого ребе нет, и нас никто не приглашал. А если у нас нет денег, то никто не мешает нам пойти в университетскую синагогу, где молятся бедные студенты. Тем более, что деньги синагоге нужны: и зарплата ребе и кантора, и коммунальные расходы, и многое друге - всё это из взносов членов общины. Всё правильно.

Но есть несколько обстоятельств. Во-первых, несколько лет жена бесплатно работала в синагоге. Я понимаю, что буйвола давно съели, и косточки его истлели - но всё-таки. Во-вторых, мы с моей тогдашней зарплатой действительно были сильно беднее всех собравшихся. И в-третьих, я, конечно, не знаток Талмуда, но мне трудно поверить, что там где-то написано, что можно сказать человеку: "Нет тебе места в праздник среди народа Израилева, потому что ты шесть сотен долларов не дал синагоге". Неправильно это. Нехорошо.

Как бы то ни было, идея вступить в общину нас, понятное дело, покинула. И больше мы в синагогу не ходили. Ни в ту, ни в какую-нибудь другую. На этом закончились наши контакты с организованной религией.

На закуску, чтобы у читателя не возникло ощущения, что вся это история характерна только для иудаизма, расскажу-ка я ещё один случай.

К. и П. - американцы. Муж и жена. К. выросла в католической семье, с детства ходила к причастию, на мессы. Как говорят православные, вполне воцерковленный человек. Понятно, что ей захотелось, чтобы её с мужем венчал католический священник. Но к этому было препятствие: для П. это был второй брак, а с первой женой он был в разводе. Священник сказал, что проблемы тут нет: папа римский подпишет постановление о признании первого брака недействительным, и всё. Процедура стоит $800. "Погодите, - сказала К., - но ведь мой жених - протестант, его первая жена - еврейка. Вы всё равно не признаёте их брака". "Совершенно верно, - ответил священник. - Именно поэтому мы и делаем формальное постановление. Это совершенно автоматическая процедура. Заплатите $800 и всё". "И тут, - позже объясняла мне К., - я вдруг поняла, что все эти годы я их не интересовала. И не интересую. Их интересовали только мои деньги". Она ушла из церкви и больше там не никогда не появлялась.

Tags: americana, лытдыбр
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 96 comments